Для гостей
Задумали позвать гостей на ужин – упростим вашу задачу, предложив специальный сет на этот случай. В нем три бутылки белого вина и три бутылки красного, причем оба вина с любопытной историей, которую мы вам сейчас расскажем, а вы поделитесь с ней на своем ужине. Только попросите гостей никому ее дальше не передавать – пусть это останется нашим общим секретом. Мы будем менять содержимое сета раз в месяц, чтобы найти для вас и ваших гостей новые вина и новые истории. Перед вами первая версия:
История замка Гобельсбург начнается в далеком 1074 году, когда он был построен Аццо Гобатсбургским, верным вассалом макграфа Австрии Леопольда II и прародителем знатного рода Кюнрингов, тех самых Кюнрингов, пленивших и заточивших Ричарда Львиное Сердце в замке Дюрнштайн. Замок много веков был в центре локальных разборок, пока в конце 17 века его не прибрал к рукам и не перестроил в симпатичный охотничий домик в стиле барокко граф Отто Гогенфельд. Граф жил на широкую ногу, и уже его сын Отто, дабы расплатиться с долгами, был вынужден продать поместье обитающим недалеко монахам-цистерцианцам, и, чтобы остаться в родном гнезде, принять сан. К слову, на местности монахи чувствовали себя по-хозяйски, поскольку их монастырь был основан в далеком 1137 году одним из потомков Аццо из первого предложения. Монахам также принадлежали и виноградники, и пахотные земли – потому планы на бывший замок имелись вполне конкретные, так что уже в 1746 году в нём разместилась монастырская винодельня. Собственно, монахи до сих пор управляют винодельней, а их вина известны по всему свету. Не так давно винодельня праздновала свое официально 850-летие, и к юбилею было выпущено три вина, подражающих стародавним традициям виноделия – благодаря тщательному ведению монастырских книг вся рецептура была бережно сохранена. Таким образом в нашем бокале сегодня оказалось вино из первой половины 19-ого века.
Чем же отличалось виноделие того времени от сегодняшнего? Ну, например, отношением к вину, как к чему-то живому – так этот бленд Рислинга и Грюнера Велтлинера, по рецептуре выдерживающийся три года в больших бочках, должен был время от времени die schulun, «проходить обучение». Под обучением подразумевалось периодическое переливание из бочек в бочку, что позволяло вину дышать и, соответственно, улучшаться. Задача мастера, а в данном случае – и учителя вина в то время состояла в том, чтобы при подобных процедурах оценить степень обучения вина и, в случае достижения определенных норм познания, выпустить его на волю, то есть разлить по бутылкам. И пускай это несколько расходится с современным пониманием, что великим вино становится на терруаре, а не в винодельне, у нас есть уникальная возможность почувствовать себя как минимум Людвигом ван Бетховеном – уверены, он мимо такого монастырского вина не прошёл.
В северной Греции, к северо-востоку от острова Тасос, находятся развалины древнего фракийского города Абдера, названного в честь помощника Геракла при его восьмом подвиге. Юноша Абдер, выходец из интеллигентной семьи, в чьи отцы древние сказатели записывали и Посейдона, и Гермеса, успешно помогал герою в тонком деле кражи свирепых коней царя Диомеда, пока воров не настигла личная царская охрана. И нет бы погибнуть в битве, но Геракл отослал юношу сторожить коней в сторонку, решив разобраться с погоней в одиночку. Именно это и надо было кровожадным коням, которых приучили есть человечину при диомедском дворе – зазевавшийся юноша был моментально разорван в клочья. Долго ли, коротко ли горевал греческий герой, да и что связывало его с юношей – то неведомо, однако город в честь юного помощника Геракл заложил.
Спокойной жизни городок, находящийся на пересечении интересов различных народов, так и не дождался – в его истории и войны греков с фракийцами, и греков с персами, и римлян с македонцами, пока он не был окончательно покинут жителями при правлении Константина Великого. Впрочем, Абдера попала в историю по другой причине – во времена поздней античности местечко считалось страшным захолустьем, а его жители – простофилями и провинциалами, да так, что этот факт разошелся на пословицы и поговорки. Особенно постарался Цицерон, называя в сохранившихся письмах другу Аттику враждебный ему Сенат Абдерой: Hic, Abdera non tacente me! Такой пиар сохранил имя несуществующего города в веках – даже в двадцатом веке абдеритами называли наивных и забавных деревенских простаков. Всё это не мешало плодородной земле веками дарить жителям свой чудесный виноград. Гомер упоминает исмарское и маронское вина, чуть позже византийские торговцы активно торгуют местным вином Памитис, и даже в Оттоманской Империи посол Франции в Порте пишет на родину, что местный регион вокруг древней Авдиры не хуже нашего Бордо! История же вина в нашем бокале начинается в 1999 году, когда доктор Никос Вурвукелис приобретает первые два гектара виноградников с идеей возродить лозы древних автохтонов. Сегодня у доктора Никоса и его двух сыновей уже 14 гектар и законченная в 2005 году винодельня.
Наше же внимание акцентировано на бленде Лагара, что на местном диалекте значит «прозрачная вода» – он состоит из Мерло, Сира и восстановленного семьей Вурвукелис автохтона Памиди. Быстро отметив, что Мерло и Сира выдерживаются в бочках аж полтора года, а яркий фруктовый Памиди добавляется к бленду непосредственно перед бутылированием, вернёмся к названию последнего сорта – это поможет нам вернуться в Древнюю Грецию. По легенде, Памиди – тот самый сорт, из которого в древности делали маронское вино. То самое вино, которым Одиссей опоил циклопа Полифема перед тем как ослепить. Наверняка, на самом деле для того, чтобы последний не нашел дорогу к винодельне.
